50-я годовщина Шестидневной войны 1967-го года: почему история имеет значение

Предлагаем вашему вниманию статью Дэвида Харриса, Исполнительного директора Американского Еврейского Комитета:

Упомяните историю, и ваш собеседник тотчас же закатит глаза.

Добавьте в это уравнение Ближний Восток, и люди сбегут от вас прочь, не желая попасть в кажущуюся бесконечной бездну подробностей и споров.

Но без понимания того, что произошло в прошлом, невозможно осознать, где мы находимся сегодня, а это осознание имеет огромное значение для региона и мира в целом.

В этом месяце 50 лет назад началась Шестидневная война.

Хотя некоторые войны постепенно заволакиваются дымкой забвения, эта по сей день остается столь же актуальной, как и в 1967 году. Многие из ее ключевых моментов остаются нерешенными.

Политики, дипломаты и журналисты, продолжающие бороться с последствиями Шестидневной войны, редко рассматривают ее контекст, а иногда даже вовсе не знают о нем. Однако без контекста невозможно понять смысл многих крайне важных вещей.

Во-первых, в июне 1967 года не было никакого государства Палестина. Оно просто не существовало. Его создание, предложенное Организацией Объединенных Наций в 1947 году, было отвергнуто арабским миром, поскольку оно означало бы создание еврейского государства по соседству с арабским.

Во-вторых, Западный берег и Восточный Иерусалим были в руках иорданцев. Нарушив формальные соглашения, Иордания отказала евреям в доступе к их самым святым местам в Восточном Иерусалиме. И, еще сильнее ухудшив ситуацию, они осквернили и уничтожили многие из этих объектов.

Тем временем сектор Газа находился под контролем Египта, местное население там жило под властью сурового военного режима.

А Голанские высоты, которые регулярно использовались для обстрела находившихся далеко внизу израильских общин, принадлежали Сирии.

В-третьих, арабский мир мог бы создать палестинское государство на Западном берегу, в Восточном Иерусалиме или в секторе Газа в любой момент. Но этого не было сделано. Это даже не обсуждалось. И арабские лидеры, которые сегодня исповедуют такую привязанность к Восточному Иерусалиму, редко эти места посещают, а то и вообще никогда в Палестине не бывали. Она всегда ими рассматривалась как арабская глубинка.

В-четвертых, граница в период войны 1967 года, о которой так много говорится в новостях в наши дни, была всего лишь линией перемирия, датировавшейся 1949 годом, хорошо известной как «Зеленая линия». Это случилось после того, как в 1948 году пять арабских армий атаковали Израиль с целью уничтожить еврейское государство в зародыше. Они потерпели неудачу. Были проведены линии перемирия, которые не являлись официальными границами. Они и не могли ими быть. Арабский мир, даже после поражения, отказался признать само право Израиля на существование.

В-пятых, Организация освобождения Палестины (ООП), которая поддерживала военные начинания, была учреждена в 1964 году, за три года до начала конфликта. Это важно понимать, поскольку она была создана с целью уничтожить Израиль. Как мы помним, в 1964 году единственным «поселением» был сам Израиль.

В-шестых, в течение нескольких недель, предшествовавших Шестидневной войне, египетские и сирийские лидеры неоднократно заявляли о том, что грядет война, и что их цель заключается в том, чтобы стереть Израиль с лица Земли. В этом не было никакой двусмысленности. Спустя двадцать два года после Холокоста еще один враг заговорил об истреблении евреев. Запись этого момента хорошо задокументирована.

Точно так же ясно, что в дни, предшествовавшие войне, Израиль через Организацию Объединенных Наций и Соединенные Штаты Америки передал Иордании заявление, настоятельно призывающее Амман не ввязываться в назревающий конфликт. Король Иордании Хусейн проигнорировал призыв Израиля и связал свою судьбу с Египтом и Сирией. Его войска были разбиты Израилем, и он утратил контроль над Западным берегом и Восточным Иерусалимом. Позднее он признал, что совершил ужасную ошибку, ввязавшись в эту войну.

В-седьмых, президент Египта Гамаль Абдель Насер потребовал, чтобы миротворческие силы Организации Объединенных Наций в этом районе, которые были размещены в течение предыдущего десятилетия для предотвращения конфликтов, ушли с этой территории. И, к ее стыду, даже не проконсультировавшись с Израилем, ООН согласилась. Это не оставило никакого буфера между мобилизованными арабскими армиями и израильскими силами в стране, территория которой равна одной пятидесятой или 2 процентам территории Египта, а ширина — всего лишь девять миль в самом узком месте.

В-восьмых, Египет заблокировал израильские судоходные пути в Красном море, нарушив единственный морской доступ Израиля к торговым маршрутам с Азией и Африкой. Этот шаг, по понятным причинам, Иерусалим приравнял к объявлению войны. Соединенные Штаты высказывались за объединение с другими странами для прорыва блокады, однако, к сожалению, в конечном итоге решили бездействовать.

В-девятых, Франция, которая являлась основным поставщиком оружия Израилю, накануне июньской войны объявила о запрете на продажу оружия. Это решение грозило Израилю серьезной потенциальной опасностью: если бы война затянулась, потребовались бы поставки оружия. И только в следующем году США пришли на выручку и продали Израилю жизненно необходимые оружейные системы.

И, наконец, после победы в войне за самооборону, Израиль понадеялся, что его новоприобретенные территории, захваченные у Египта, Иордании и Сирии, станут основой для соглашения о территориальных уступках в обмен на мир. Были запущены пробные шары. Официальный ответ пришел 1 сентября 1967 года, когда Конференция арабских государств на высшем уровне в Хартуме провозгласила: «Никакого мира, никакого признания, никаких переговоров» с Израилем.

За этим последовало еще больше «никаких». Этот момент подчеркивают слова посла Саудовской Аравии в США, в 2003 году процитированные журналом Нью-Йоркер: «Мое сердце было разбито, когда [Председатель ООП] Арафат не принял предложение (о так называемом двугосударственном решении, представленном Израилем в 2001 году при поддержке Америки). Начиная с 1948 года, каждый раз, когда у нас на столе появляется значимое предложение, мы говорим «нет». Затем говорим «да». Но когда мы говорим «да», предложение уже не в силе. После этого нам приходится смириться с худшими условиями. Разве еще не настало время сказать «да»?»

Сегодня есть те, кто хочет переписать историю.

Они хотят, чтобы мир поверил, что когда-то существовало палестинское государство. Но этого не было.

Они хотят, чтобы мир поверил в то, что между этим государством и Израилем существовали постоянные границы. Но была лишь линия перемирия между Израилем и контролируемым Иорданией Западным берегом и Восточным Иерусалимом.

Они хотят, чтобы мир поверил в то, что война 1967 года была актом агрессии Израиля. Но это была самооборона перед лицом чудовищной угрозы уничтожения еврейского государства, не говоря уже о морской блокаде Тиранских проливов, внезапном выводе миротворческих сил Организации Объединенных Наций и передислокации египетских и сирийских войск. У всех войн есть последствия. Не стала исключением и эта. Однако агрессоры не приняли на себя ответственности за действия, которые они спровоцировали.

Они хотят, чтобы мир поверил в то, что строительство израильских поселений после 1967 года является основным препятствием на пути к установлению мира. Шестидневная война — это доказательство того, что основная причина всегда была и есть в том, признают ли палестинцы и более широкий арабский мир право еврейского народа на собственное государство. Если это будет так, прочие спорные вопросы, какими бы сложными они ни были, имеют возможные решения. Но если нет, то, к сожалению, ничто не поможет.

Они также хотят, чтобы мир поверил в то, что арабский мир не имеет ничего против евреев как таковых, а только против Израиля, но это не мешало им уничтожать места, священные для еврейского народа.

Иными словами, когда речь заходит об арабо-израильском конфликте, игнорирование прошлого, как будто это была небольшая помеха, в лучшем случае, а в худшем — совершенно незначительные события, невозможно.

Может ли история двигаться вперед? Да, несомненно. Мирные договоры Израиля с Египтом в 1979 году и Иорданией в 1994 году убедительно подтверждают эту точку зрения. В то же время, несмотря на то, что уроки Шестидневной войны наглядно показывают, насколько тяжелым и мучительным может быть путь, они являются трезвым напоминанием о том, что история имеет значение.

Дэвид Харрис (David Harris)
Бюро Американского Еврейского комитета Shapiro Silverberg в Центральной Европе
www.ajc.org

Статья появилась в таких изданиях как Huffington Post и Times of Israel. Кроме того, есть еще ряд публикаций на болгарском, французском, немецком, итальянском, польском, испанском, русском и латышском языках. Такая широкая аудитория говорит о глобальном и многоязычном медиа подходе АЕК.